samuel-zeller-360588-unsplash

«Между нами железный занавес»

Несколько дней в сети обсуждают историю больной раком студентки, которая столкнулась с проблемами в учебе из-за проблем с коммуникацией с учебной частью и деканом. Сегодня состоялась встреча отца Риты с представителями администрации и студенческого совета. Рассказываем историю конфликта и чем он разрешился.

UPD: Материал обновлен, добавлен комментарий  руководителя департамента интегрированных коммуникаций Сергея Зверева

Предыстория

Позавчера отец студентки ФКМД ОП «Реклама и связи с общественностью» Василий Кушнир опубликовал на своей странице в Facebook запись, которая затем появилась на сайте «Эхо Москвы». По словам Василия, его больная раком дочь столкнулась с проблемами с курсовой и экзаменами из-за того, что в учебном офисе отказались принимать справку. Студентка не хотела сообщать о проблемах со здоровьем, но перед защитой курсовых решила отнести справку в учебную часть. Менеджер образовательной программы Жанета Гергокова усомнилась в подлинности справки и отказалась ее принять.

Отец девочки направился к декану ФКМД Андрею Быстрицкому, чтобы сохранить врачебную тайну, но его долго не пускали к декану. Когда разговор все же состоялся, Быстрицкий сказал, что Рите стоит взять академический отпуск, раз она больна, и повлиять на преподавателей он не может. Позже Быстрицкий перезвонил Кушниру и заверил, что с учебой и курсовой у Риты проблем нет: менеджер ОП предупрежден и у Риты впереди всего 2 экзамена в электронном виде.

Однако неожиданно Риту все же отправили на пересдачу из-за низкой оценки за курсовую, а Быстрицкий и Гергокова перестали выходить на связь

Василий Кушнир сообщил, что решил пойти на открытое письмо, несмотря на желание сохранить врачебную тайну, «потому другой возможности достучаться просто нет». «... Изначально декан сообщил по телефону, что по учебе Риты нет никаких вопросов, все под контролем. Однако впоследствии выяснилось, что это не так и что Быстрицкий не проконтролировал ситуацию. Касательно курсовой, нам сообщили, что если оценка выставлена, то повлиять на это нельзя».

Рита: «Мы не хотим накручивать оценки, просто весь год я ходила к научному руководителю, который говорил, что у меня отличная работа, однако мне поставили низкую оценку. Затем я написала преподавателю с просьбой помочь мне перед защитой, но не получила помощи. Я просто хочу все закрыть, но для этого нужна ответная коммуникация от преподавателей».

Проблема с учебной частью и преподавателями

Рита: «Я не хотела в учебном офисе говорить о заболевании. В этом не было необходимости. Хотелось просто, чтобы предупредили преподавателей, что я не просто так на семинары не хожу, а по уважительной причине, чтобы как-то предупредила Жанета Хызыровна, хотя картина моих оценок и без этих семинаров была хорошая. 5 июня я принесла справку, однако Жанета Хызыровна отказалась принимать справку, в которой было указано, что я освобождаюсь от занятий, сказав, что она какая-то неправильная».

Василий: «У нас не приняли справку, но ведь это не наша проблема — какую справку дали, такую мы и принесли. Гемоцентр Минздрава РФ дали справку по своей форме, которая не подходит учебной части, а других справок они не дают».

Мой главный тезис состоит в том, что это факультет коммуникаций, а коммуникаций между студентами и преподавателями нет

Рита: «В итоге про меня забыли. Преподаватели утверждают, что их никто не предупредил, и говорят, что если бы они знали, то все было бы, конечно, по-другому. Отец поговорил по телефону с деканом, декан передал все Жанете Хызыровне, и нас уверили, что все будет хорошо, обо мне позаботятся и "проявят лояльное отношение на экзаменах", хотя я к экзаменам готова.

Понимаете, этого кипиша могло бы и не быть, я бы сдала завтра или послезавтра все экзамены и закончила второй курс. Я не хочу лежать дома и в больнице, лечась и думая, что у меня еще какие-то два экзамена не сданы. Почему бы не сделать это сейчас? Мне не нужен академический отпуск, моё самочувствие в данный момент позволяет мне сдать все и спокойно уйти на лечение.

Однако возникают какие-то незапланированные экзамены. В час ночи за пару дней до экзамена нам присылают сообщения о том, что у большей части из нас не будет обещанных автоматов. Я писала сообщения с просьбой включить меня в число людей, у которых есть автоматы, и прикрепляла справку, подтверждающую, что по состоянию здоровья мне нельзя посещать общественные места, однако просто не получала ответа.

Я должна была идти на экзамен, но, когда весь этот кипиш поднялся, сразу же все преподаватели резко проснулись, стали писать, извиняться, просить прощения. Что делать, если ты не просто ногу подвернул? Без этого кипиша никак не разобраться?

Что делать, чтобы преподаватели тебя услышали? Умереть на экзамене?

Я хочу, чтобы на факультете коммуникаций была коммуникация между преподавателями и студентами. Сейчас выходит, что между нами железный занавес. Преподаватели не то что не идут на встречу, даже не отвечают на сообщения, в которых я прикрепляла справку. Я вообще не хотела, чтобы мои одногруппники и знакомые узнали о моей болезни, меня уже хоронят, это не очень приятная ситуация.

Мне сказали: либо ты учишься, либо дома сидишь и лечишься. Но ведь существует возможность дистанционного обучения, которой пользуются ребята, уезжающие по мобильности, Я дома могу с компьютером работать, я просто не могу никуда ходить. Я не знаю, что будет дальше, возможно, в сентябре придется совмещать химиотерапию и посещение семинаров, если никто не договорится обо мне. Хотелось бы, чтобы преподаватели вышли на контакт и обсудили возможность дистанционного обучения в электронном формате, я не понимаю, почему это невозможно на факультете коммуникаций».

Решение конфликта

«На данный момент вместе с администрацией факультета мы пришли к компромиссу: так как комиссия не была оповещена о состоянии здоровья студентки, оценка за защиту курсовой не может считаться объективной. До 30-го июня Рите дадут возможность защитить курсовую дистанционно и с заменой научного руководителя, к прежнему есть вопросы» — рассказал отец Маргариты в беседе с нашим корреспондентом.

Василий остался доволен тем, как прошла встреча, отметив, что вначале была напряженная обстановка, но впоследствии ему и представителям администрации удалось прийти к соглашению, все вошли в положение, ведь речь идет, прежде всего, о здоровье студентки

Отец девушки также подчеркнул, что ждет извинений от Жанеты Хызыровны, которая не пришла на встречу. «Я не виню декана, я виню Жанету Хызыровну, из-за которой и произошла такая ситуация. У нее, видимо, синдром вахтера». Именно она не приняла справку и не предприняла дальнейших действий, не оповестила декана и преподавателей. Как сказал Василий, она не берет трубку, не отвечает на сообщения, а в Facebook и вовсе закрыла доступ Василию на отправку ей сообщений. По мнению Василия, на факультете коммуникаций такой человек, не готовый к коммуникации, просто не может работать.

Реакция

История Маргариты достаточно быстро разошлась по чатам. О ней писали и журналистка «Эха Москвы» Татьяна Фельгенгауэр (@tanya_f), и политик Алексей Навальный. На следующее утро большой материал по теме опубликовали коллеги из HSE PRESS, построившие текст на вопросах к администрации и семье студентки. Свою позицию высказал и студсовет ФКМД.

Ситуацию также прокомментировали и в администрации. Сначала в facebook высказалась директор основных образовательных программ Анна Коровко, а затем руководитель департамента интегрированных коммуникаций Сергей Зверев прокомментировал ситуацию:

«На наших программах учатся более 1000 студентов, и случай с Маргаритой не единичный. К моему огромному сожалению, серьёзные заболевания встречались у наших студентов раньше, они есть сегодня, и мы отдаем себе отчет, что это может произойти вновь. Каждый раз, сталкиваясь с подобной ситуацией, мы, прежде всего, пытаемся найти возможность помочь нашим юным коллегам.

Что касается моего отношения к произошедшему и публичной реакции на действия моих коллег. Мы не будем заниматься борьбой за чистоту своего мундира и объясняться кто прав, кто виноват. Семья Маргариты имеет полное право на эмоции, на своё видение происходящего, и мы должны понимать и уважать людей, которые попали в такую очень тяжелую ситуацию. Не всегда было приятно читать под постом некоторые комментарии, в том числе и от знакомых людей, но как руководство департамента, мы не можем обижаться на чью-либо реакцию. В подобных случаях накал эмоций настолько высок, что сталкиваясь с ними мы часто видим картину лишь в черно-белых красках и, сочувствуя, естественно принимаем позицию того, кому сейчас тяжелее всего.

Наша главная задача была очень прагматичной – найти решение, которое бы позволило Маргарите продолжать совмещать процесс лечения и учёбы

Кроме того, для меня лично и для моих коллег ситуация является абсолютно понятной – действия учебного офиса соответствовали регламенту и существующей практике. Я знаю Жанету Хызыровну не один год, и знаю её как отзывчивого и доброго человека, который в спорных моментах всегда стоит за решения в пользу студентов. Мы не должны эмоционально реагировать, мы должны спокойно оценивать ситуацию и помочь человеку попавшему в беду. Самое правильное, что мы могли бы сейчас сделать, – это просто пожелать Рите и её семье сил, терпения и, конечно, скорейшего выздоровления, ведь самое главное – это здоровье. Со своей стороны, мы будем стараться оказывать помощь, потому что совмещать процесс лечения и обучение может быть очень непросто, однако это выбор студентки, который, бесспорно, достоин искреннего уважения».

На вопрос, планируются ли изменения, которые позволят студентам с тяжелыми заболеваниями учиться удаленно, Сергей Александрович ответил отрицательно, но подчеркнул, что «если подходить формально, то существует процедура академического отпуска. Если же говорить о конкретных случаях, то администрация готова решать их в индивидуальном порядке»

Историю также прокомментировал Иван Чернявский — один из членов комиссии, принимавшей защиту курсовой работы девушки.

О болезни Маргариты я узнал вчера из Facebook. Не представляю, какие слова в таком случае не звучали бы пустыми, но искренне сочувствую. Уверен, что сообщество студентов и преподавателей факультета готово поддерживать студентку и помогать ей.

Я был одним из преподавателей той комиссии, которая принимала у Маргариты защиту курсовой работы. О самочувствии Маргариты нам никакой информации не передавали, как-то узнать это самим тоже было невозможно.

Учеба в Вышке непростая, думаю, вы понимаете, что сам по себе незачет — обычная часть учебного процесса. Тут был общий консенсус в оценке работы

Если честно, я до сих пор шокирован тем, что узнал вчера. Я не понимаю, почему в такой сложной ситуации Маргарита вынуждена погружаться в стрессовую сессию, не был взят академ (или закрыта сессия неявками), ведь такие механизмы есть. Но если это сделано, наверное, на это есть причины. Надеюсь, что совместно с учебной частью Маргарите удастся прийти к какому-то общему решению. У меня нет сомнений, что Маргарита со всем справится, желаю скорейшего выздоровления.

Текст: Ирина Чувашева и Константин Валякин
Фото: из архива героев

Если Вы нашли опечатку, выделите ее и нажмите Shift + Enter или нажмите сюда, чтобы проинформировать нас.

Также рекомендуем
Редакция The Вышки поговорила с выпускниками НИУ ВШЭ из стран СНГ об учёбе, работе и их новой жизни в Москве и Петербурге
Студенческий журнал НГУ «УЖ» удалил свой последний номер про толерантность — эксперты заподозрили там пропаганду гомосексуальных отношений. Петр Маняхин, главред журнала, дал комментарий
3 августа преподавателя лицея ВШЭ задержала полиция. Рассказали о ситуации и попросили координатора правозащитного проекта «Открытой России» Полину Немировскую объяснить, как вести себя в таких случаях.
Редакция "The Вышки" поговорила с жертвой физического и психологического насилия со стороны отца — о том, как помочь себе в такой ситуации.
Поговорили с блогером Егором Жуковым и узнали, что он думает о Навальном, почему придерживается именно либертарианской позиции и за что не любит социализм