Various pills

Невидимая Вышка: Я борюсь с раком

Онкологические заболевания являются одной из самых частых причин смерти в мире. Что чувствует человек с болезнью, от которой до сих пор нет стопроцентного лекарства? Студент Питерской Вышки поделился, каково это: жить и бороться с раком.

Диагноз

В декабре 2015 года я обнаружил у себя на шее непонятную шишку. Сначала не обращал на нее внимания. Предпринимать ничего не стал: думал, что пройдет само собой. Но шишка продолжала расти. Ее заметила мама, и мы поехали в больницу. Результаты обследований пришли незадолго до Нового Года. В 17 лет мне диагностировали рак лимфатической системы третьей стадии. Позже выяснилось, что мы пропустили первый симптом. За два года до этого у меня сильно вспухла десна. Мы думали, что это просто закупорка слюнных желез, которую вроде бы вылечили. Но все оказалось намного сложнее.

Осознание

Когда я понял, что происходит, я был подавлен и растерян. Было очень сложно свыкнуться с мыслью, что я болен и, возможно, могу умереть. Мама тогда много ездила по разным фондам, чтобы договориться о финансовой поддержке предстоящего лечения, а я сидел дома, рыдал и пил. Однажды мой лучший друг нашел меня дома на полу: я был совершенно невменяемый.

Этот эпизод стал для меня поворотным моментом. После этого я взял себя в руки и решил бороться с болезнью.

Реакция окружающих

О болезни я рассказывал немногим: знали семья, родственники и некоторые друзья. Они восприняли эту новость мужественно.

Очень многое для меня делала мама. Думаю, ей было намного тяжелее переживать все это, чем мне. Вообще, у меня большая семья, и я ощущал огромную поддержку с их стороны.

Тетя с дядей даже собирались продать квартиру, чтобы оплатить мое лечение, но этого не потребовалось. Среди моих родных есть уважаемые врачи,  они задействовали свои связи, чем тоже очень помогли.

Когда мне диагностировали рак, я еще учился в школе. Скрыть эту новость от одноклассников было невозможно. После того, как они узнали, их отношение ко мне поменялось кардинальным образом. До болезни меня часто гнобили за то, что я картавый, невысокого роста, довольно тихий. Потом все вдруг стали очень дружелюбными и вежливыми. Но такое лицемерие с их стороны вполне объяснимо.

Лечение

Мое лечение началось не сразу: актуальным оставался вопрос с его оплатой. К счастью, все сложилось довольно удачно. Моя мама работает в благотворительном фонде, на работе узнали о сложившейся ситуации и предложили помощь, несмотря на то, что у фонда совершенно другой профиль.

Было принято решение лечиться в Израиле, фонд покрыл практически всю стоимость терапии. В школе я почти не появлялся, летать приходилось примерно раз в две недели.

Я понимал, что частые перелеты бьют по семейному бюджету. Поэтому мы с мамой бросили клич в фейсбуке с просьбой приютить меня на два месяца в Израиле, пока я буду проходить лучевую терапию. Откликнулась одна добрая женщина, и два месяца я жил у нее. Старался помогать по дому, покупал фрукты в знак благодарности, ненавязчиво предлагал денег за помощь. Это очень смелый и великодушный поступок с ее стороны – не каждый готов безвозмездно приютить в своем доме чужого человека.

Лечение само по себе было изматывающим. Я прошел химию, лучевую терапию, переливание костного мозга. До, во время и после переливания меня держали в стерильном боксе. Мой иммунитет был убит подготовительной химиотерапией, чтобы организм не отверг костный мозг. Затем несколько недель шло восстановление иммунной системы. Даже не верится, что я это пережил.

Учеба в университете и прогнозы на будущее

Несмотря на свою болезнь, я поступил в университет. На бюджет не прошел, из-за чего чувствовал себя виноватым перед мамой. В универе о моей болезни тоже знали немногие. На тот момент наступила ремиссия, но обследование показало, что в организме присутствуют остаточные опухоли, которые химией не удалить. Ради нового лечения я взял академический отпуск во втором семестре, а потом и вовсе решил перепоступить.

Сейчас пока непонятно, удалось ли мне победить рак или нет.

Совсем недавно я прошел обследование, уже готовы результаты, но пока не могу попасть на консультацию к онкологу. Вроде бы в лимфоузлах что-то осталось, но это может быть как опухоль, так и простое воспаление. Сейчас я чувствую себя хорошо и рад, что могу учиться.

Текст: Анна Кротова
Иллюстрации: Мария Недосекова