Снимок экрана 2017-02-27 в 21.59.12

Невидимая Вышка: Не по паспорту

Герой  этого материала — транспарень. Не «девушка, которая считает себя парнем», не «мальчик в теле девочки» и не «она» в принципе, а парень. Мы попросили его рассказать о своей жизни, реакции окружающих и внутреннем состоянии

Столичный университет

В Москве я с начала обучения в Вышке, и могу сказать точно, что сейчас мне гораздо проще, чем в родном городе. Здесь не сильно выделяешься из общего скопления людей. В Вышке отличная атмосфера, учиться довольно-таки интересно. У меня есть своя компания, с которой у меня отличные отношения.

Когда поступаешь в университет, то все значительно проще: вы друг для друга незнакомцы, и ты начинаешь с чистого листа. В группе меня не поняли сначала, но потом приняли нормально, во многом потому, что мы хорошо общались и до каминг-аута. Преподаватели не знают — это не свой круг, чтобы им говорить. Мне кажется, что в Вышке больше понимания, чем в других местах. Более или менее либеральная обстановка, нет проблем с тем, что ты «не такой».

Конфликтов в университете не было. Иногда люди спрашивают про мою внешность, но это редко.

Осознание

Это был более или менее долгий процесс длиной в несколько лет. В какой-то момент ты понимаешь, что твое имя и твоя самоидентификация не совпадают с тем, что написано в паспорте, и надо или смириться, или что-то делать. Что-то делать обычно уже не помогает, но некоторые пытаются.

Отрицания никакого не было. Был период взросления, на который пришлись все изменения. В определенное мгновение у тебя меняется восприятие, и это либо развивается дальше, либо нет. Да, можно было повернуть назад, но мне это не было нужно.

Про переход пока не думаю. Нынешнее состояние меня устраивает, возможно лет через десять что-то изменится, тогда и посмотрим. Сейчас мне вполне комфортно.

Про каминг-аут

Он случился. Мое окружение сказало «ок, все ясно» — по идее так всегда должно быть. Вопросы «как так вышло» были. Да, люди могут задавать некорректные вопросы, но это чаще всего свои люди, и им я могу ответить. Вообще после каминг-аута по-другому воспринимаешь окружающий мир. Более философски начинаешь относиться к вопросу «как кого называть». Уже понимаешь, что стоит обращаться к человеку так, как он сам о себе говорит. Это не все делают, некоторые просто игнорируют твои местоимения. Если этот человек чужой, то даже не стоит тратить время — объяснять можно долго, а он не поймет. Вот если человек для тебя важен, то нужно попытаться объяснить, конечно.

Когда сближаешься с кем-то, то им будет абсолютно плевать на все это. Вот если не удалось установить хорошие отношения, то тогда лучше совсем не общаться, даже стоит сменить группу.

Люди вокруг

В школе никто не знал, потому что я почти ни с кем не общался. С некоторыми сейчас поддерживаю контакт, они в курсе и принимают меня, но большинство по-прежнему ни о чем не догадывается. Родителям говорить не планирую. Они не поймут, у них довольно консервативные взгляды. В обществе, конечно, какая-то агрессия была. Правда, конфликты быстро исчерпывали себя.

Вообще с гомофобией в России все очень и очень грустно. Если нынешняя тенденция дальше будет развиваться, то нужно уезжать.

Не думаю, что когда-нибудь будет лучше. В теории на ЛГБТ+ сообщество могу выйти, но не вижу в этом смысла. Можно найти своих где-нибудь в университете, но такой цели тоже нет. С активизмом у меня вообще не очень. Пока какого-то желания нет, но, возможно, оно появится.

Если бы у меня было возможность это изменить, я бы не стал. Это моя жизнь, и она меня устраивает.

 

Автор: Елизавета Евдокимова

Если Вы нашли опечатку, выделите ее и нажмите Shift + Enter или нажмите сюда, чтобы проинформировать нас.

Также рекомендуем
Любители спортивной версии "Что? Где? Когда?" рассказали, как проходят интеллектуальные турниры у студентов, и почему их всегда путают с КВН.
Выпускники и студенты актерских факультетов поделились, где они искали роли, с какими сложностями столкнулись и не потеряли ли веру в себя после множества отказов.
23 апреля группа активистов, выступивших за демонтаж памятника Феликсу Дзержинскому, начала собирать подписи на имя ректора Ярослава Кузьминова среди студентов, сотрудников и выпускников Вышки. Спустя две недели после появления инициативы какого-то нового решения относительно памятника принято не было, а вопрос о судьбе монументов советской эпохи в российских городах уже поднимался
“Даже если округлить данную цифру до 100 тысяч и представить, что на каждый отзыв приходиться как минимум 1 проданный грамм чего-либо (на самом деле больше), то мы получим 100 килограммов наркотиков, проданных в Питере за февраль".
Потом одна медсестра спрашивает у другой: «А где у нас зеленка?» Та ей отвечает: «А  у нас зеленка вся просроченная была, ее выкинули». В итоге мне йодом или перекисью все залили, заклеили пластырем обычным, которым мозольки заклеивают или порезы. Следующий день лежал с температурой 39, а потом все нормально стало.