DIPLOM_00_12_24_05_Still042

Как перестать молчать: кино о домашнем насилии

В России с 2017 года побои в отношении близких лиц не являются уголовным преступлением, если они совершены впервые. Студентки петербургского института кино и телевидения сняли фильм о том, о чем в нашей культуре не принято рассказывать посторонним. Их цель — научить женщин защищать себя самостоятельно.

«Виктория классная, безумно смелая, потрясающая», — рассказывает Вероника. А потом почти то же самое, слово в слово, Саша рассказывает о Рейчел: «Совершенно активный человек, который может зарядить любого, и ты смотришь на нее и абсолютно вдохновляешься. Она настолько сильная, что может горы свернуть». За этими фразами можно ненадолго забыть об общей теме разговора, но через мгновение она остро и болезненно напоминает о себе рассказом о громком выстреле в парикмахерской, где работает англичанка Рейчел и куда врывается ее разъяренный муж, или ноже, воткнутом в беременную Викторию ее сожителем.

«…родители этого молодого человека сказали ему, что она беременна не от него. Мама сходила к гадалке, и гадалка сказала, что она где-то его [ребенка] нагуляла, и поэтому молодой человек вместе со своим другом решил вывезти ее, Викторию, в лес…»  —  это кульминация, но отнюдь не развязка истории. Далее последовало избиение и ножевая рана, в результате чего девушка чуть не потеряла ребенка. Потом — ссоры, преследования, побои и безрезультатные попытки вызова полиции. Спустя время, мужчина был убит неизвестным на остановке в новогоднюю ночь. Как раз в ту самую ночь, когда Виктория отважилась окончательно изменить свою жизнь и обратилась к мастеру татуировки — Жене Захар, которая перекрывает шрамы жертвам домашнего насилия.

Начало

Вероника, Саша и Лиза — режиссер, продюсер и сценарист уже второго документального фильма под названием «Перерождение», который выйдет летом сразу на нескольких независимых площадках в Москве и в Санкт-Петербурге.  Женя Захар — татуировщица из Уфы, местная суперзвезда, о которой пишут все уфимские СМИ. Теперь их многое объединяет, но в самом начале, когда Вероника, собрав свою первую команду, впервые приехала в Уфу, их объединяло лишь одно — неравнодушие к чужой беде.

«У нас не было денег. Вместо света мы взяли лампу из Икеи. Штатив нам дала местная съемочная команда. Камера была своя, и вот таким вот составом мы погнали в Уфу и начали снимать…» — вспоминает Вероника.

Иногда бывает сложно найти подход к людям, пережившим насилие. В какие-то моменты, еще во время съемок первого фильма, Вероника была готова сдаться и отказаться от затеи. Но постепенно, шаг за шагом подбирались нужные слова и героини раскрывались.

Теперь авторы с улыбкой сравнивают свои интервью с сеансом у психолога: многим из тех, с кем они говорили о пережитом опыте, удавалось разложить произошедшее по полочкам и по-новому взглянуть на ситуацию именно во время этих разговоров. Но бывало и по-другому.

О культуре «неговорения»

Сценарист Лиза рассказала об особенно важном для нее интервью — с актрисой цыганского театра. О «маленькой тихой истории семейного ужаса», как Лиза ее теперь называет. Героиню терроризировал муж: он бил ее «за чистоту», буднично и обыденно. И точно так же буднично и обыденно сама женщина говорила об этих побоях: «…кажется, что она бы рассказала об этом, а потом бы рассказала о том, что планирует готовить на ужин». Лишь одно воспоминание неизменно выводило героиню из равновесия — случай, когда муж принялся избивать ее на глазах у посторонних, в театре, где она играла. Семейную ссору увидели чужие люди — вот что показалось героине действительно немыслимым.

Лиза считает, что первая причина подобных драм — культура: «Причем неважно, какая. Любая культура, получается, особенно которая связана с религией, порождает какое-то такое насилие. Наша культура «неговорения», «неизжитой травмы» связана напрямую с тем, что в христианстве страдать — значит приближать себя к какому-то идеалу. Это все: аскеза, самобичевание, оно дает ощутимые плоды сейчас в виде того, что «бьет, значит любит», «терпи, и когда-нибудь все будет хорошо».

— Мы заметили, что у русских женщин гораздо менее проработанная история этих травм, — поделилась Саша.

— Почему? Это какая-то особенность именно нашей культуры?

— Насчет этого можно много размышлять, но, в первую очередь это, конечно же, наш менталитет. Может быть, русский человек очень любит себя жалеть. Может, русский человек и русская женщина любит и привыкла страдать.

И может быть, наш проект еще и ставит целью поломать такую упертость, стремление терпеть и думать, что я не достойна чего-то лучшего. Я не достойна лучшей жизни, не достойна добиться чего-то. Я достойна только жить с абьюзером, от которого буду зависеть. Но это же не потолок. Не то, чего достоин в принципе любой человек

О съемках и цифрах

Первое «Перерождение» вышло в 2018 году. Фильм был о Жене Захар и тех женщинах, которые приходили к ней перекрывать свои шрамы, и снимался в основном в Уфе. Новую картину девушки снимали сразу в трех странах: в России, в Англии и в Армении. В Армении они познакомились с психологом Зарой Арутюнян, которая согласилась приехать в Санкт-Петербург и прочитать лекцию о том, как распознать потенциального абьюзера и защитить себя. Зара не понаслышке знает, о чем она говорит, ведь она когда-то сама пережила подобное.

Сейчас съемки фильма подошли к концу, идет процесс монтажа. Авторы надеются закончить до конца июня, ведь для них — студенток института кино и телевидения — это еще и дипломная работа. Девушек особенно радует, что преподаватели поддержали проект: «Люди прямо верят в него. И я надеюсь, что это не просто слова».

Помощь в реализации проекта оказывает портал «Такие Дела».  Видеопродюсер портала Анастасия Соколова рассказала, что наткнулась на фильм «Перерождение», когда искала информацию про Женю Захар. Написала авторам, предложила работать вместе.

 Такие проекты как «Перерождение» направлены на дестигматизацию женщин, переживших насилие и дают им голос, чтобы показать, как их много и что они совсем рядом, что в этой ситуации может оказаться почти любая. Главное — не молчать

Фраза «почти любая» наполняется смыслом, если обратиться к статистике. По данным с сайта кризисного центра для женщин «АННА» в 2016 году в России 49 765 женщин пострадали от домашнего насилия. Стоит обратить внимание, что эти данные учитывают лишь тех женщин, которые подали заявления в полицию. По подсчетам специалистов, это лишь 10–30% от общего количества тех, кто столкнулся с проблемой. То есть даже самые оптимистичные вычисления дают число около полутора сотен тысяч — вполне себе население небольшого города. Существуют и куда более пугающие цифры. 12% респонденток, опрошенных «Левада-центром», ответили, что их «хотя бы раз» бил муж или сожитель (и еще 10% по неизвестным причинам отказались отвечать на вопрос). А это значит, что каждая десятая женщина в стране не может чувствовать себя в полной безопасности в своем доме.

О целях

По соглашению с «Такими Делами» премьера фильма состоится именно на этом портале. Затем фильм планируется к показу на площадке «Ребра Евы» и других местах, по договоренности, в том числе и в Москве.

«Было предложение прокатить фильм по разным районным ДК, — вспоминает Лиза, — чтобы женщины, которые не причастны к каким-то либеральным фем-кругам, а просто наши мамы, бабушки и абстрактные мамы, бабушки могли посмотреть и понять, что что-то не так. Мне кажется, что это пока наиболее действенное, что мы можем сделать»

Саша резюмирует:

Пока главная цель, которую мы ставим — это именно предание огласке этой проблемы. Наш проект — это такая краткая инструкция к действию: что делать, если ты попал в эту ситуацию. Что делать, если ты чувствуешь, что к тебе относятся не так

После принятия в 2017 году закона о декриминализации домашнего насилия любые подсчеты преступлений, совершающихся в пределах семьи, в нашей стране затруднены. Но отсутствие официальной статистики не значит, что подобные преступления сходят на нет. Это значит лишь, что о них реже пишут в СМИ, реже обсуждают на публичных площадках. А еще это значит, что самая страшная из возможных жестокостей — жестокость в отношении самых близких людей, жестокость, которая оставляет самые глубокие душевные раны, чаще остается безнаказанной.

Текст: Настя Жигулина

Фото: архив героинь

Редактор: Полина Малахова

Также рекомендуем
25 июня в Институте истории СПбГУ состоялось самое массовое заседание Студсовета за всю историю его существования. Какие решения были приняты касательно обсуждения сокращения преподавателей, дисциплин по выбору и объединения профилей – в нашем новом материале
Рассказываем про общежития питерской Вышки, в которые чаще всего заселяют студентов-первокурсников
Студенты питерской Вышки поделились мнением о том, почему предпочитают пленочную фотографию цифровой, а также дали несколько практических рекомендаций
Первое, с чем сталкиваются абитуриенты Вышки – сотрудники приемной комиссии. Спросили первокурсников об их впечатлениях о работе Приемки, а также сотрудников об их впечатлениях от абитуриентов
Вместе с четверокурсниками питерской Вышки проследили, как изменился стиль в одежде на протяжении 4 лет обучения в бакалавриате