IMG_0674

Дорогие машины и трудоустройство в МИДе: мифы о МГИМО глазами студентов

Говорят, starter pack первокурсника МГИМО выглядит так: дорогая машина, папа в правительстве и много денег. Чтобы разобраться с мифами об одном из самых недоступных университетов страны, мы обратились за помощью к его студентам.

«Все вокруг говорят, что в МГИМО одни мажоры, но это скорее стереотип»: миф о богатстве 

Когда Алиса выбирала вуз, друзья и родители убеждали ее, что в МГИМО поступает исключительно «золотая молодёжь», и ей там не место. Теперь она учится на первом курсе факультета международных экономических отношений и уверена, что университет не такой «мажористый», каким кажется: «Все вокруг говорят, что в МГИМО одни мажоры, но это скорее стереотип. На самом деле, на любом курсе и в любой группе есть очень много хороших и простых ребят».

Алиса также опровергает сложившееся мнение о том, что в МГИМО очень много студентов-родственников известных личностей. «В моей группе никого из детей звезд нет. Если же брать весь факультет в целом, то да, есть такие представители, но их тоже очень мало. У нас учится сын одной очень известной российской телеведущей, есть парочка детей политиков», — рассказывает Алиса.

Григорий с факультета международного права шутит, что хотя он учится в МГИМО, но Bentley у него нет. Студент говорит, что в группе действительно есть более обеспеченные ребята, чем он, но характерными мажорами Григорий их не считает — на приятельских взаимоотношениях это никак не сказывается: 

«Да, богатых много: на парковке часто стоят Lamborghini Urus, Porsche Panamera, Tesla, Range Rover — автосалон элитных машин. Но, как правило, даже обеспеченные ребята оказываются простыми в общении: поступив в такой вуз, уже нечем выделываться. К примеру, у отца одного моего одногруппника  есть квартиры в Лондоне, Дубае, у матери  — дом в Лос-Анджелесе. Его семья оплатила все четыре года обучения разом. При этом он очень интересный и адекватный парень, который готовится к занятиям, возможно, усерднее всех».

«Люди постоянно намекают на то, что в МГИМО “просто умной девочке из провинции” попасть нереально»: миф о поступлении

Учителя в школе уверяли Анну, что путь в МГИМО «простым смертным» закрыт: попасть туда можно, или имея много денег для оплаты коммерции, или будучи призером олимпиад школьников, ведь «только через них можно стать бюджетником». Однако девушка написала ЕГЭ и вступительные на высокие баллы и поступила на бюджет факультета международной журналистики: «Теперь я учусь здесь, и люди постоянно намекают на то, что в МГИМО «просто умной девочке из провинции» попасть нереально. Но у меня же получилось!».

Анна рассказывает, что практически вся ее академическая группа – бюджетники, которые поступали по общему конкурсу, а студентов на коммерции всего двое. «Так что все реально. Нужно просто усердно готовиться к ЕГЭ, набрать хорошие баллы и уделить особое внимание ДВИ по английскому. Он специфичный и к нему нужна специальная подготовка».

При этом Анна не верит, что хорошие баллы за вступительное испытание можно купить: «Как правило, у тех, кто поступил на бюджет, не было бы возможности заплатить за это. Я даже не могу представить, какие там должны быть суммы. А сам университет и так хорошо зарабатывает на своих платных программах, никому там это не нужно».

Андрей (имя изменено по просьбе героя) уже три года учится на факультете международных отношений. Он уверен, что миф о том, что нужная оценка за дополнительное вступительное испытание по иностранному языку продается и покупается, правдив:

«Я думаю, что некоторые люди действительно покупают вступительные. У нас в стране вообще много чего можно купить. Я не сказал бы, что это имеет массовый характер, что каждый второй или третий покупает ДВИ, но определенный процент есть, хотя он, скорее всего, очень маленький». Андрей также рассказывает о том, что даже ребята из английских и американских школ  или обладатели диплома всероссийской олимпиады по языкам редко набирают больше 90 баллов за вступительные испытания, а когда у абитуриент из «звездной» семьи это получается — выглядит странно.  

«Есть такое мнение, что в МГИМО только языкам и учат»: миф об образовании

Алиса, студентка факультета международных экономических отношений,  рассказывает, что встречалась с мнением о странном распределении языков на первом курсе, но из-за особенностей факультета она с такой проблемой не столкнулась: «Говорят, что бюджетникам и олимпиадникам достаются сложные языки вне зависимости от того, какой язык они указывают в качестве желательного при подаче заявления. Со мной было не так: я учусь на бюджетной форме обучения, но мне выпал французский, как я и хотела. При этом на нашем факультете нет редких языков  — только европейские, китайский и арабский. Не было такого, чтобы кому-то случайно достался урду».

Александр поступил на факультет международных отношений без вступительных испытаний как призер всероссийской олимпиады школьников. Ему повезло меньше: «Как мне очень доходчиво объяснили: “Если ты олимпиадник, твое мнение почти не учитывается”. Поэтому меня изначально закинули на языки пушту и дари, две недели я учил один из них. Чуть позже меня с замечанием «это не обсуждается» перевели на итальянский, и сейчас я доволен».

Петр (имя изменено по просьбе героя) с факультета управления и политики также остался недоволен обучению языкам в МГИМО: он надеялся, что английскому там будут учить лучше. При этом саму нагрузку он считает вполне нормальной: «Есть такое мнение, что в МГИМО только языкам и учат. На моем факультете языковые пары стоят каждый день, со второго курса мы учим два или три языка  — в целом языковая нагрузка большая, но приемлемая».

Петр говорит, что хотя ему и попался английский, уровень преподавания языка его разочаровал из-за полного отсутствия языковой среды, которую заменяют занятиями в формате «прочитай – переведи». «Мы и сами об все время этом шутим», — отмечает Петр. В то же время студент рассказывает, что все остальные предметы преподаются достаточно хорошо и что многие хвалят полученные ими языки — например, восточные или немецкий и испанский.

Андрей с факультета международных отношений иного мнения. Он считает, что кроме языка студенты МГИМО действительно ничего не знают, ведь на него делается слишком большой акцент в процессе обучения: «Ситуация достаточно интересная: например, у нас на факультете, если попался “западный” язык, то у тебя пять пар в неделю первого языка и три пары второго. Если восточный  — шесть пар первого и три пары второго. Языковые пары каждый день, ты в этой языковой атмосфере живешь, перманентно находишься, ничего кроме языков не видишь».

Андрей говорит, что все остальные предметы на международных отношениях студенты изучают по остаточному принципу: «Все переводы доделал, подготовил все пересказы  — можно заняться правом или экономикой». Он в шутку называет их “побочными” и отмечает,  хотя международники проходят весь гуманитарный спектр предметов: географию, экономику, право и историю в пяти вариациях, все эти дисциплины присутствуют в очень поверхностном и сжатом виде. «По сути, мы ***** [вообще] ничего не знаем».

«Далеко не всех выпускников берут в МИД»: миф о целях

Григорий много слышал о том, что диплом МГИМО с легкостью обеспечит карьеру дипломата. Но поступив на факультет международного права, он выяснил, что все не так просто: «В советское время МГИМО действительно был “кузницей дипломатических кадров”. Сейчас же далеко не всех выпускников берут в МИД. Нам рассказывали, что шанс попасть туда есть у тех, кто хорошо окончил вуз и у кого были практики в министерстве, кто активно участвовал в научной деятельности и получал гранты».

По словам Григория, немногие из студентов вообще хотят в МИД  — их смущает прежде всего заработная плата.  «Ребята с международных отношений не всегда идут работать туда, а чаще устраиваются в международные компании. Как студент международного права могу сказать, что и у нас в группе очень мало тех, кто правда хочет в министерство».

Григорий признается, что он, как и многие, ищет в МГИМО не только знания, но и связи, ведь вуз по его словам является очень статусным и закрытым: «С тобой нередко учатся дети дипломатов, бизнесменов. Можно с кем-то подружиться в столовой, а в будущем  связать с этим человеком свою рабочую деятельность». Однако молодой человек говорит, что учиться в его университете совсем не просто. «Многие в моей школе говорили мне, что МГИМО  — это не знание, а понты и связи. На самом деле, все не так: языки наслаиваются на нагрузку факультета, и мне кажется, что мы работаем как минимум в полтора раза больше, чем студенты других вузов», — отмечает Григорий.

Текст: Наталья Синеокая
Иллюстрации: Яна Варфоломеева
Редактор: Татьяна Дайнеко

Также рекомендуем