балашова2

Конфликт студентов ФСН и Галины Балашовой

21 марта прошел Академический совет по жалобам на преподавателя Департамента социологии Галину Балашову и ее курс. На ее курсе уже не первый год количество пересдач доходит до 80%, а студенты жалуются на грубость и психологическое давление. Но немало и тех, кто считает обвинения в адрес Балашовой необоснованными и пришли ее поддержать на совете. Мы пообщались с двумя сторонами конфликта и попытались разобраться в ситуации.

Два года назад мы уже писали о конфликте студентов с Галиной  Балашовой, но тогда протесты не привели к формальным мерам. В этом году новый поток первокурсников столкнулся с теми же проблемами. Они написали коллективное письмо к руководству факультета и инициировали Академический совет. Мы поговорили с Ириной Миссаль, одной из инициаторов письма против Балашовой и участницей заседания.

Курс Балашовой

Ирина рассказывает, что в этом году по предмету «Прикладное программное обеспечение» на первую пересдачу отправились 69% студентов, а на комиссию пошли 30%. Она поясняет, что на экзамене при совершении «фаталов» — непростительных ошибок — работа аннулировалась. Около сотни студентов подписали письмо с претензиями к программе курса. Однако проблемы были связаны не только с жестким экзаменом. Ира говорит, что основные претензии предъявлялись к поведению преподавателя.  

Ирина вспоминает первое вводное занятие по курсу. Преподаватель сразу сказала, что по ее курсу 80% пересдач. На том же занятии ее одногруппник сел за стол без компьютера, потому что еще не знал, что он потребуется для работы на семинаре. За это Балашова назвала его «альтернативно одаренным».

«Когда ты приходишь в университет, тем более в Высшую школу экономики, ты ожидаешь, что с преподавателями будет какое-то взаимно уважительное отношение»

На занятиях с Балашовой Ирина такого отношения не увидела: на вопросы ее однокурсников преподаватель либо просто не отвечала, либо «делала это в грубой форме», часто не касаясь сути вопроса:

«На один из вопросов, заданных по теме занятия, Балашова ответила: “Из-за таких мразей как вы падают ракеты”»

Такой стиль ведения занятий привел к тому, что однокурсники Ирины боялись отвечать на вопросы преподавателя, даже когда знали ответ. Ирина рассказывает, что после того, как на один вопрос Балашовой никто не ответил, она отказалась вести дальше семинар.

Знакомый Ирины, старшекурсник Евгений Казаков рассказывал ей, как защищал курсовую на комиссии у Балашовой. Она перебивала выступающих и в итоге выставила неудовлетворительную оценку, после чего он решил подать апелляцию. По его словам, узнав об апелляции, Балашова сказала «Надо кому-то разбить лицо». Другой знакомый старшекурсник рассказывает, как преподаватель назвала его «идиотом» за то, что он вышел на неправильном этаже из лифта и зашел обратно.

Ирина считает, что все общение Балашовой со студентами можно описать как запугивание и манипуляцию. Она приводит слова своей однокурсницы, у которой за этот курс возникли проблемы со здоровьем:

«Освоение курса было похоже на проверку моей психики выдержать психологическое давление, а не на проверку знаний. В моем окружении было очень много студентов, кто плакал и не мог спать в предсессионный период. Все это, безусловно, негативно сказывалось на нашем ментальном здоровье»

Академический совет

21 марта состоялся Академический совет, инициированный двумя встречными письмами к руководству факультета. Одно написали однокурсники Ирины, недовольные ситуацией. В ответ на него свое письмо написали несколько старшекурсников, которые желали поддержать преподавателя.

Мы поговорили с соавтором второго письма Алиной Арслановной, студенткой 2 курса ОП «Социология». По словам Алины, в своем открытом письме они развернуто раскритиковали каждый пункт «петиции» первокурсников и призвали не привлекать к разрешению проблемы администрацию вуза.

Поддержать Галину Балашову они решили потому, что считают ее курс одной из немногих дисциплин на первом курсе, которые обладают действительной полезностью

Алина считает, что вмешательство администрации не приведет ни к чему хорошему. Ирина и Алина обе оказались на Академическом совете, но по разную сторону баррикад.

Ирина рассказывает, что совет представлял собой круглый стол, который можно было разделить на три части. Первую группу составляли члены Академического совета, которые старались непредвзято посмотреть на ситуацию и как-то ее разрешить. Лично присутствовала Галина Кимовна Балашова и ее сторонники, несколько студентов старших курсов. Сама Ирина и ее однокурсница представляли мнение подписавших письмо с жалобами на курс и Балашову.

Ирина отмечает, что наибольшее количество споров вызвали этические вопросы. Кто-то считал поведение Балашовой приемлемым и адекватным, другим оно казалось абсолютно недопустимым. Ирина и Леся представляли второе мнение. Они отмечают, что на совете их позицию поддержал Григорий Юдин, преподаватель совбака и ФСН (Совместного бакалавриата ВШЭ и РЭШ — прим. The Vyshka). Он рассказал, что сам учился на ФСН в начале нулевых и столкнулся с теми же проблемами. По словам Ирины, он очень ярко выразил свою позицию:

«Он сказал, что видит, что мы стараемся сдерживаться в описании проблемы, но он не будет — и назвал поведение Балашовой хамством»

Также Ирина отметила, что их приятно удивила поддержка со стороны руководителя департамента социологии Александра Чепуренко. Он считает, что поддержка Балашовой со стороны студентов — это во многом ее влияние. На его взгляд, открытое письмо студентов-старшекурсников и красные кнопки с благодарностями, которые пришли с интервалом в 1 минуту после жалоб первокурсников и состояли из однотипных фраз — в своих истоках инициатива Балашовой, но, к сожалению, он пока что не может этого доказать.

Ирина осталась довольна тем, как прошел Академический совет, отметив, что «он обещает быть результативным». По мнению Ирины, академический руководитель ОП Социология Ольга Кузина и руководитель департамента социологии Александр Чепуренко, как и весь академический свет, были искренне заинтересованы в максимально действенном решении проблемы.

Другого мнения придерживается Алина. По ее словам, атмосфера была недружественной к Балашовой и пришедшим ее поддержать. Алина рассказывает, что в дискуссии больше внимания уделялось их оппонентам:

«Первокурсники говорили несравнимо дольше нас, их реплики практически не перебивали. Создавалось впечатление, что из них буквально “вытягивали” сведения, которые могли бы скомпрометировать преподавателя и методы проведения курса в этом году»

По словам Алины, они не смогли внятно озвучить основные аргументы из-за начавшейся во время их выступления полемики:

«Помимо всего прочего, и нас, и Галину Кимовну постоянно пытались прервать, нарочно торопили. В адрес Балашовой были заметны насмешки и неприкрытая враждебность. Мягко говоря, уровень дискурса мы считаем отвратительным»

Итоги

Официальное решение Академический совет пока не озвучил, но Ирина уверена, что программа курса будет сильно изменена. Члены академсовета уже озвучили несколько конкретных предложений. Один из вариантов — сделать этот предмет общеуниверситетским факультативом. Однако большинство членов академсовета, по словам Ирины, склонялись к тому, чтобы оставить предмет как базовый онлайн-курс, а углубленное его изучение сделать предметом по выбору на третьем курсе. По этическим вопросам, связанным с поведением преподавателя, академсовет пока не высказывал позиции, но Ирина отмечает, что последствия для Балашовой вполне возможны:

«Она находится сейчас в очень уязвимом положении, так что, мне кажется, вопрос о сохранении должности достаточно, так сказать, актуальный»

Алина считает, что «заседание завершилось тем, чем должно было завершиться». Она отмечает, что члены Академического совета проигнорировали положения собственного же проекта поправок и единогласно высказались за уничтожение курса ППО в его прежнем формате очного курса. Но она уверена, что целью первокурсников было не столько изменение формата курса, сколько смещение Балашовой:

«Заседание и предшествовавшие ему события выглядят как спланированная кампания по дискредитации преподавателя»

В подтверждение своих слов Алина замечает, что Академический совет противоречил сам себе. Например, на совете поднимался вопрос о чрезмерной интенсивности курса и перенасыщенности программы, хотя эта программа была одобрена этим же Академическим советом в начале года. Алина также замечает, что коллективное письмо первокурсников не вызвало никаких вопросов у членов Академического совета, зато их открытое письмо в поддержку Балашовой было представлено как инструмент давления на академический совет:

«Мы не беремся оценивать поведение членов Академического совета, однако, с нашей точки зрения, определенная грань во время заседания была перейдена. Ни одно формальное собрание, тем более в уважаемом и престижном вузе, ни в коем случае не должно проходить так, как это»

Текст: Олег Ян
Редактор: Светлана Киселева

Также рекомендуем
The Вышка побывала в питерском кампусе и стала свидетелем конфликта студентов третьего курса юридического факультета с преподавателем
Осенью 2018 студенты юрфака питерской Вышки нажали более 90 красных кнопок из-за большого количества неудов за экзамен. Поговорили о ситуации с деканом юрфака НИУ ВШЭ (СПб).
Ученый совет принял положение с блокирующими оценками и спровоцировал недовольство студентов. Собрали в репортаже лучшие цитаты с заседания, а также сняли на видео протесты, о которых написали «Дождь» и «Царьград» и ничего не сказал официальный сайт Вышки.
Рассказываем, как два студента сделали сайт для бронирования стиральных машинок в общежитии и с этим проектом победили во Всероссийском этапе Red Bull Basement University.
"Кариес капитализма" и "Locker room talk": Рассказываем о двух спектаклях, которые поставили студентки и выпускницы Вышки.