iz_oblasti_statistiki

Прайс-листы и конверты: как устроена коррупция в российских вузах

Современные российские и зарубежные исследования подтверждают бытовые слухи о том, что деятельность высших учебных заведений в нашей стране неразрывна с коррупцией. Для студентов многих региональных и московских вузов вовсе не являются удивительными случаи, когда их однокурсники успешно закрывают сессию, не посетив ни одного занятия. The Vyshka поговорила со студентами семи российских университетов и узнала, сколько стоят дипломы и экзамены и почему иногда деньги за них платят даже те студенты, у которых нет проблем с учебой.

Имена изменены по просьбе героев.

Из области статистики

В 2007 году Международный институт планирования образования ЮНЕСКО провел исследование, посвященное коррумпированности систем образования различных стран мира. Авторы доклада под названием “Corrupt schools, corrupt universities: what can be done?” оценили ежегодную сумму взяток за поступление в вузы в 520 млн долларов. Чуть позже российские исследователи из Высшей Школы Экономики высказались о том, что эта сумма на самом деле может быть в два раза больше: по их мнению, к прямой «покупке» поступления добавить стоит и занятия с репетиторами, которые преподают на факультете, куда поступает абитуриент.

Хотя данные ЮНЕСКО ограничиваются только одним из видов коррупции в системе высшего образования — коррупции при поступлении, в 2009 году российские эксперты заявили о том, что примерно каждый второй студент  в стране отдает деньги ради достойных оценок в зачетке и примерно каждый третий преподаватель их принимает. Оценить точную сумму сложно: на нее влияют многие факторы — от инфляции до личных интересов преподавателей. При учете таких данных становится понятно, почему образование попало в список наиболее коррумпированных сфер профессиональной деятельности по мнению главы следственного комитета. В сети часто появляется информация о новых «взяточниках» в университетах, в отношении которых возбуждают административные или уголовные дела. Например, последний громкий скандал связан с преподавателем СВФУ им. М.К. Аммосова, которого обвинили в четырех эпизодах получения взяток от студентов. В качестве наказания за получение взятки статьи 290 и 291 УК РФ предусматривают следующие варианты: штраф до 1 млн рублей и до двухсот тысяч, если объем взятки не превысил десять тысяч рублей, определенный объем исправительных или принудительных работ, лишение права заниматься определенной деятельностью или даже лишение свободы на срок до трех лет (Указанные статьи относятся к получению взятки должностным лицом. И хотя в законодательстве прямо не указывается, является ли должностным лицом преподаватель, современная судебная практика признает его таковым в разбирательствах, связанных со взяточничеством прим. The Vyshka).  Сейчас, пока продолжается сбор доказательств по его делу,  преподаватель СВФУ находится под домашним арестом. Однако уголовное наказание в соответствии с законодательством должно применяться и к людям, которые дают взятки и выступают посредниками, то есть к студентам.

Виновата система

Некоторые студенты считают, что к взяткам подталкивает сама система, она же иногда не оставляет выбора. Олег, бывший студент Института общественных наук РАНХиГС рассказывает, что он знал о коррупции в Институте с самого начала обучения. 

Кулуарно все студенты с первых дней шептались о том, как тут можно «занести» и кому

Однако коррумпированность была особенно заметна в преподавании иностранных языков. По словам студента, огромное количество отчислений было связано именно с неуспеваемостью по английскому. Между собой студенты обсуждали, что, чтобы сдать предмет, нужно принести на экзамен по английскому языку «хорошую сумму в конверте». «Классическая ситуация: студент заваливает последний шанс сдать экзамен — комиссию по английскому языку, на которой присутствует сам декан факультета. Затем заваливший продолжает ходить на пары, хотя этому удивляется даже преподаватель английского. Иногда таких студентов переводили в другую языковую группу, чтобы не мозолил глаза старым преподавателям, а ведомость меняли на “нужную”», — говорит Олег. По его мнению коррупционным схемам способствует специфика предмета: так как преподавание английского более субъективно, создается больше пространства для угроз и манипуляций. 

Эти самые «коррупционные схемы» действительно часто основаны на угрозах отчисления из-за невозможности сдать слишком сложный предмет. Студентка Оренбургского государственного университета Аня рассказывает, что вне зависимости от общей успеваемости, проблемы с химией были у всех ее одногруппников. «Мы буквально со страхом и слезами шли на эти пары. Казалось, что никто не сдаст химию, но мы готовились к ней, как могли». На одной из пар преподаватель представил студентам одного из старшекурсников, которого назвал своим «учеником». Позже тот связался со студентами и прямо сказал: чтобы обойтись без пересдач по предмету, нужно заплатить. Зачет стоил три тысячи рублей. Для Ани эта сумма показалась слишком большой. «Нам сказали, что тот, кто откажется, все равно не сдаст, но потом цена вырастет. Всем пришлось согласиться».

Однако далеко не всегда причиной, из-за которой студенты вступают в коррупционные отношения с преподавателями, становится давление на них извне. Лена учится в ПМГУ им. Сеченова на Лечебном факультете и рассказывает, что коррупция в ее университете особенно распространена среди иностранных студентов. Однако они, как и остальные учащиеся, часто сами решают заплатить преподавателю вместо подготовки к зачету или экзамену. «На нас, как и на иностранных студентов, никто не давит и не грозит отчислением. Все могут спокойно сдать экзамены самостоятельно и на хорошие оценки», — говорит девушка. Национальную специфику коррупции в первом меде она объясняет тем, что зачастую именно иностранные студенты учатся на платной основе и выходят из достаточно обеспеченных семей. 

В университетской среде часто образуются целые коррупционные диаспоры: от старших студентов младшим передаются контакты тех, кому можно заплатить за хорошие оценки. Существуют также и «посредники», которые передают деньги преподавателям от всей группы или курса.

«Без меня вы не сдадите»

Одной из частых форм коррупции в университетах являются платные дополнительные занятия с преподавателями. Они могут проводиться как с теми, кто только хочет поступить, так и с теми, кто уже поступил, но хочет успешно закрыть сессию. Посетители таких занятий, как правило, автоматом получают хотя бы минимальную удовлетворительную оценку или заранее узнают варианты экзамена. О практике проведения таких полуофициальных дополнительных занятий рассказали студенты сразу трех вузов — Лена из Сеченовского университета, Максим, выпускник Юго-Западного университета в Курске, и Тимур, закончивший Высшую школу государственного аудита МГУ. Тимур говорит, что, хотя студентам-первокурсникам от старших курсов сразу передается «прайс-лист» вместе с информацией о том, как можно «купить» конкретного преподавателя и можно ли вообще это сделать, студенты активно пользуются этой возможностью только в отношении двух предметов. Один из них — математический анализ. «Все на моем направлении знают заранее, что матан лучше купить. И многие покупают: процентов 30–40 студентов с моего потока точно ходили на дополнительные курсы». По словам студента платить за занятия можно практически с начала семестра: нужно было просто сказать преподавателю, что хочешь заниматься с его племянником. Одно занятие стоило около пяти тысяч, но с приближением сессии цена возрастала. «Ты ходишь на эти занятия и можешь быть спокоен: после этого тебе точно нарисуют троечку». 

Студенты физического и юридического факультетов, а также факультета психологии МГУ отрицали взяточничество среди преподавателей и администрации и рассказали, что за несколько лет обучения в университете они ни разу не столкнулись с такими ситуациями и даже слухами. 

Преподаватель предложил Максиму и его однокурсникам записаться на дополнительные занятия на последнем курсе, когда студент шел на красный диплом. «Я хорошо разбирался в предмете, даже помогал с заданиями своим знакомым, однако именно с этим профессором возникли проблемы. Многие мои одногруппники записались на платный курс и получили хорошие оценки и за экзамен, и за курсовую по предмету. За курс платили 5–6 тысяч: половина суммы шла в карман преподавателю. Я принципиально не хотел платить такие деньги за один курс. Экзамен я сдал на отличную оценку без всяких вопросов со стороны преподавателя, однако за курсовую, которую нельзя было пересдать, мне поставили 3. Это моя единственная тройка. Даже не знаю, сколько он хотел, чтобы ее не ставить». 

Курсы эти как будто официальные, и о них говорят открыто. Но открытая взятка все равно остается взяткой

Лена тоже поделилась тем, что на некоторых кафедрах московского первого меда существует возможность платных дополнительных занятий с преподавателями, которые гарантируют минимум тройку на самом экзамене. Знакомая студентки заплатила за такие занятие около 40–50 тысяч рублей. «Дополнительные занятия — это нормально, как репетиторство. Многие делают так и в школе. Неправильно то, что это гарантирует сдачу экзамена».

Шуба в зачетке и инвестиции в диплом

Часто коррупционные схемы в университетах включают в себя посредников: ими могут стать члены администрации факультета или студенты. Именно через них происходит оплата экзаменов и зачетов. В истории, которую рассказал Влад из Института прикладной химии и технологии Санкт-Петербургского университета промышленных технологий и дизайна, таким посредником был директор Института. Влад говорит, что всем первокурсникам Института сразу известно от старших курсов, что с проблемами нужно идти именно к нему. Сам он решил обратиться к директору перед началом первой сессии — из-за сложностей по одному предмету. Предмет был действительно сложным, а преподаватель — строгим, и Влад сразу решил, что лучше оплатить. В кабинет к директору «без всякой скрытности» стояли минимум десять студентов. «Я подождал свою очередь, зашел к нему в кабинет и начал говорить о предмете, который не хотел сдавать. Он попросил зачетку — я уже вложил в нее деньги. После этого он сказал, что через пару дней поговорит с преподавателем. Так он помогал очень многим моим товарищам, и я думаю, что в деканате прекрасно понимали, чем он занимается», — описывает студент. 

Когда он взял зачетку из моих рук, деньги выпали на стол. Директор спокойно открыл ящик стола и сбросил их туда

Влад также замечает, что своим студентам директор Института прикладной химии и технологии мог помочь не всегда. «Обычно он разговаривал с преподавателями, и они соглашались. Возможно, он брал их в долю — видимо, в крошечную долю — потому что плата относительно других университетов у нас была достаточно маленькой — пять тысяч за экзамен и три за зачет. Позже цена выросла в полтора раза». При этом студент говорит, что директор предпочитал сторониться учителей «старой закалки», которые не стали бы брать деньги, а за их экзамены иногда расписывался в зачетке сам или просто говорил, что не получится. 

Чаще всего посредниками, которые озвучивают студентам цену за экзамен или зачет становятся старосты групп. Алина, студентка Краснодарского филиала РЭУ им. Плеханова, рассказала, что когда она сама стала старостой, некоторые преподаватели ставили ей оценки бесплатно за то, что она передавала. «Когда я поступала, думала, что выучусь своими силами. Но затем у меня в семье возникли серьезные финансовые сложности — мне пришлось устроиться на работу, а точнее на две. Времени на учебу просто не было. Не хватало времени даже чтобы просто отдохнуть. Пришлось откупаться от преподавателей — для меня это было выгоднее. Я оплачивала большую часть предметов со второго по четвертый курс, а в последний год заплатила за ГОСы пять тысяч и за сдачу диплома еще шестьдесят». Алина сказала, что цены на экзамены заметно растут: платить ей пришлось почти в два раза больше, чем ее подруге, которая училась на курс старше. На вопрос о том, является ли коррупция в ее университете спецификой заочного отделения, где она и учится, студентка ответила отрицательно: накопив достаточное количество контактов и зная, к каким преподавателям и как именно можно обратиться, она часто помогала с этим и студентам «очки». 

Многие преподы собирали себе на что-то, в том числе с наших денег — на новую шубу, поездку за границу или машину. Они говорили нам это в шутку, но потом мы действительно замечали у них что-то новое

Уникальную систему посредничества описывает Лена из первого медицинского: по ее словам, студенты, которые отвечают за коммуникацию с преподавателями или администрацией, берут себе определенную сумму «сверху». Посредников может быть несколько — чем больше людей, тем больше стоит экзамен. Например, один из посредников среди студентов младших курсов может передать старшекурснику, а уже тот — методисту, преподавателю или члену администрации Цена также зависит от кафедры и сложности предмета — в среднем от семидесяти тысяч рублей за экзамен. «Сами студенты не знают, кому именно идут деньги и кто решает судьбу их зачетки. Они просто приходят на экзамен, а там уже все готово», — добавляет студентка. 

Взятки в университетах не всегда берутся деньгами. Например, летом этого года против преподавателя Ижевского государственного технического университета возбудили уголовное дело и оштрафовали по статье «мелкое взяточничество» за то, что тот в обмен на зачет по физической культуре требовал у студентов купить ему фигурки оловянных солдатиков. Максим рассказывает, что в Юго-Западном государственном университете тоже существует похожая практика подарков от студентов преподавателям. Сам он называет ее «ублажением»: «Каждый семестр мы скидывались по 2–3 тысячи на то, чтобы “ублажить” преподавателей. Для моего университета это обычная вещь. Хотя сам я отношусь к этому отрицательно, от коллектива отбиваться нехорошо. Деньги обычно собирает староста, но преподавателю их не отдают — им идут уже полукилограммовые упаковки икры и алкоголь перед Новым годом или, например, комплект летней резины. Мне казалось отвратительным, когда большинство моих одногруппников, которые питались чем попало, скидывали половину своего месячного рациона в “общак”, чтобы положительно настроить преподавателей к себе».

Говорить — страшно 

С коррупцией сталкиваются многие российские студенты, однако их отношение к взяткам, «ублажению» и полуофициальным дополнительным занятиям отличается. Катя учится в Оренбургском государственном университете на социолога и считает, что коррупция — это огромная проблема для ее вуза. «За то время, что я учусь здесь, было много моментов, где с нас трясли деньги. Некоторым студентам удобно и так. ОГУ — это тот вуз, где каждый, приложив усилия, может достичь желаемой оценки или изучить предмет хотя бы до тройки. Здесь легче учиться, чем, например, в Вышке, но люди все равно продолжают этот цирк». Катя рассказывает, что были и случаи давления: одна из преподавательниц намекала на то, что студенты с курса Кати могут даже не тратить свое время на учебу, ведь такие, как они, не смогут сдать ее предмет. Затем она назвала старосте сумму — четыре тысячи за пятерку. «Мне было стыдно, ведь я ненавижу коррупцию во всех ее проявлениях и считаю, что, чтобы ее предотвратить, нужно начинать с малого — с таких вот ситуаций. Мы могли не послушать ее, записать на видео или аудио, показать органам, но мы этого не сделали, лишь стерпели, опасаясь за свое будущее в университете».

О похожем страхе рассказал и Тимур, закончивший Высшую школу государственного аудита МГУ. Вместе со своими однокурсниками он составил открытое письмо к администрации университета для того, чтобы предотвратить случаи коррупции на факультете, однако об этом узнало руководство ВШГА. «Обычно все жалобы на систему как будто улетали в пустоту, но тогда нас собрали всех вместе, хорошенько отругали, сказали, что знают, что мы собираемся сделать, и что это может испортить репутацию факультета. Нам ясно дали понять, что если мы хотим продолжать обучаться на факультете, то лучше это письмо не отправлять». После этого студенты оставили идею с открытым письмом — оно не дошло до администрации и не было опубликовано. 

Не у всех студентов коррупция вызывает негативные эмоции. Лена рассказала о том, что для нее это «составляющая часть Сеченовского университета, к которой все привыкли, а некоторые и вовсе не замечают», а Влад из Санкт-Петербургского университета промышленных технологий и дизайна называет коррупционные схемы «отличными для студентов». Однако он жалуется, что из-за коррумпированности администрации его вуза студентам приходится работать с просроченными химикатами и старым оборудованием — аппаратами, грелками, весами и другими. «Самое страшное — это когда существует коррупция на верхах и рыба гниет с головы», — добавляет студент. 

Текст: Анна Терешева
Иллюстрации: Лиана Гайнутдинова
Редактор: Анастасия Ларионова

Также рекомендуем