партнерский материал

Багаж нулевых: какими мы запомнили двухтысячные

Лихие девяностые закончились знаменитым обращением Ельцина перед наступлением 2000 года. Им на смену пришли нулевые — более мирное и благополучное, но не менее яркое время. Именно в двухтысячные в России появился гламур и развлекательная пресса, начал распространяться интернет и достигли своего расцвета молодежные сериалы. Мы ностальгично собрали воспоминания очевидцев об этом периоде.

Это партнерский материал с Instax Fujifilm. Фотографии для материала сделаны с помощью камеры моментальной печати Instax SQ20.

Игровые нулевые: компьютерные клубы и пиратские серверы

В 2004 году на каждую тысячу жителей в России приходилось 43 компьютера. Эта статистика наглядно объясняет феномен компьютерных клубов нулевых. Интернет и ПК были роскошью для молодежи, поэтому геймклубы в начале 2000-х стали местом скопления студентов и школьников. Именно заведения, где можно было за небольшую плату поиграть в Counter-Strike, Quake или Warcraft 3, сыграли роль в росте популярности киберспорта в России.

Андрей Синеокий, аспирант РНИИТО имени Вредена:

Один клуб был дорогой и цивильный с нормальными компами, автоматами с едой и охраной. Во втором была полная жопа: сидели какие-то грязные дети, играли в первый HALF-LIFE и матерились. Ну и еще студенты, конечно. Ужасные компы, накурено, все пьют «Ягуар» — самый популярный напиток того времени — и играют на пиратских серверах в Warcraft. Атмосферное место, скажем так. У меня был один знакомый оттуда, я уже не помню имени, играл за Паладина в Доте. Когда он плохо кого-то «отхилил», ему дали такого леща, что он упал со стула и порвал себе тапочек. Пришлось ему идти домой так. Чувак вообще был не очень удачливый: как-то раз за плохую игру на стене напротив клуба тиммейты написали его никнейм и слово «лох» баллончиком. Я лет пять назад проходил мимо этого клуба, и надпись все еще там была. Возможно, она и сейчас на той стене.

Владимир Бутолин, студент НИУ ВШЭ и член сообщества КиберВышка:

Клуб находился через дорогу от школы в подвале брежневской девятиэтажки, у входа всегда курили старшаки. Формально в клубе было нельзя пить и курить, но там продавались сигареты и пиво. Не знаю, почему родители не одобряли мое увлечение компьютерными играми — дома играть не разрешали, а когда узнали про клуб, то запретили ходить и туда.

Обычно мы с друзьями просили у админа «три компа на все деньги». Мы не знали точной стоимости часа, но, кажется, нам делали приличную скидку. Найти три компа рядом было сложно: все играли в Dota или Counter-Strike, для команды обязательно было пять компов в ряд.

Из-за этого в клубе регулярно происходили конфликты из-за игровых мест: старшие могли просто выгнать ребят помладше с оплаченного компа. Когда других пацанов прогоняли, они уходили из клуба. Считалось, что жаловаться «не по-мужски». Один раз и меня прогнали с уплаченного места, но я пошел к админу жаловаться. Паладином справедливости он не был и возвращать мое место не собирался, но перенес баланс на другой компьютер.

Во врем игры мы не обращали внимания ни на что вокруг. Один раз мы начали играть втроем, а закончили вдвоем. Заметили это, только когда закончилось время. В процессе мы сидели и разговаривали с пустым местом: нашего друга увел домой отец.

Закат компьютерных клубов пришелся на вторую половину нулевых. Тогда ПК и интернет упали в цене и стали более доступными для среднего класса. Не так давно из-за подорожания техники и всплеска популярности киберспорта такие заведения пережили «второе рождение» — в 2019 году их количество в городах-миллионниках увеличилось на 79%. Открывшиеся геймклубы не слишком похожи на своих собратьев из нулевых — они более комфортные, стильные и дорогие. За почти двадцать лет улучшилось «железо» и эволюционировали игры, но аудитория компьютерных клубов осталась неизменной — там по-прежнему проводят время подростки и молодые люди.

Макияж: блестки и свобода

Автозагар, тонкие брови, зеркальный блеск для губ, мелирование. Макияж двухтысячных был по-хорошему безумным и совершенно точно подходил времени, в которое существовал. Тренды, как это всегда бывает, задавали звезды, а повторяли обычные люди. Синие тени сначала появились на Кэмерон Диаз и Пэрис Хилтон, а уже потом закрепились на веках русских женщин.

Катя Горелова, визажист:

Мое детство и юность прошли в двухтысячные, но в силу возраста я не попробовала все, что хотелось тогда, что видела в журналах и на экране. Круто, что сейчас есть возможность заново окунуться в это время: купить ту сумку, о которой тогда мечтала, снова накрасить губы сияющим блеском, нанести бронзер. Мне вообще гораздо ближе по духу макияж того времени, чем матовые губы, скульптурирование, слишком плотный тон, пудра и сухой хайлайтер 2010-х. Лично мне по душе что-то более свежее и сияющее, словно я только вернулась из отпуска. В те годы все выглядели классно и самобытно, это читалось и в мейке, и в образе в целом. Существовал определенный тренд, но не было образов «под копирку», каждый хотел выразится по-своему, и в этом была свобода. Может, именно поэтому нам нравятся тенденции тех лет.

Лиза Зимина, студентка НИУ ВШЭ:

У моей мамы в нулевые была модная короткая стрижка и тонкие брови, как у многих тогда. Я помню ее палетку от Chanel, в которой были коричневые, светло-зеленые, сиреневые и черные тени. Черный заполнял пространство около века, а сиреневый и зеленый наносился на него спонжиком на палочке, а не кистью. Кистей тогда ни у кого не было. Еще она обожала блески для губ и кучу туши. А моя крестная красилась сиреневыми тенями.

О том, что тренды нулевых возвращаются, писали многие: от Vogue до Известий. Сегодня макияж вновь перестал бояться синих теней, перламутровых текстур и блеска для губ. В мейкап вернулась свобода и раскрепощенность. Из двухтысячных к нам вернулась и одежда: укороченные топы и майки-алкоголички, брюки «карго» и мешковатые джинсы. А значит, мода циклична!

Музыка: компакт-диски и поп-звезды

Двухтысячные — последнее десятилетие, когда музыка в России по-настоящему массово распространялась на компакт-дисках. Популярность русского рока способствует появлению рок-фестивалей — «Крылья», «Рок над Волгой», «Нашествие». Упадком поп-сцены нулевые тоже не назовешь — МакSим, ВИА ГРА, Руки Вверх!, Дима Билан и Блестящие выпускают альбомы и пользуются спросом у слушателей. Именно в двухтысячные Россия впервые выигрывает, а позже и принимает у себя Евровидение.

Настя Кочеткова, студентка ФКМД НИУ ВШЭ:

«Ранеток» можно ругать сколько угодно: сериал, группу, журнал, — но они были по-настоящему массовым культурным феноменом и оказали невероятное влияние на подрастающее поколение. Сложно вспомнить хоть одну какую-нибудь российскую рок-героиню, которая была бы девушкой и так нравилась бы девочкам.  Если бы не «Ранетки», я бы, наверно, не уяснила для себя настолько прочно и глубоко, что рок играть могут все и можно заниматься тем, что тебе нравится, и не бояться осуждения. Думаю, такая рок-эстетика до сих пор во мне проступает. Ну и я уже молчу о том, что они даже «Олимпийский» собрали, когда им всем было по 19!

Когда я была во втором-третьем классе, начал выходить журнал «Ранетки». Мы тогда жили в Зеленограде, но папа нашел ларек в Москве на Петровской-Разумовской, договорился с его продавцом, раз в неделю приезжал туда и забирал журнал. Думаю, он повлиял на мой музыкальный вкус: например, именно через «Ранеток» я узнала про The Rolling Stones.

Соня Рыжкова, студентка НИУ ВШЭ:

Это был примерно 2006 год. Мама принесла домой диск с песнями Димы Билана, и я влюбилась. Почему именно Билан? У меня дома это был единственный диск с музыкой, которую пел мужчина.

Если бы тогда существовало слово «краш», то именно так бы я назвала Билана. Я просто слушала его и не могла остановиться. Прекрасно помню как мама убиралась, а из магнитофона играла музыка Билана. Я сидела на подоконнике и слушала его до тех пор, пока диск не начинался сначала. Выпытывала у мамы смысл этих песен, а она только говорила, что они «про любовь». Я не понимала, почему почти все поют про любовь — что, в жизни мало, о чем петь можно?

А потом я очень сильно маму просила сходить со мной на его концерт. Она обещала, но, я так ни разу и не была на концерте Димы Билана. К первому или второму классу любовь прошла.

В 2009–2010 году продажи альбомов на физических носителях упали — самые топовые релизы расходились тиражом в 50–100 тысяч копий. Музыка начала переходить в интернет, но 90% от ее количества составлял пиратский контент. Сейчас треки тех лет снова актуальны: например, в этом году Валерий Меладзе стал хедлайнером вышкинского выпускного, а наша редакция устраивала тематическое посвящение для стажеров и всю ночь танцевала под лучшие песни нулевых.

Журнальный бум: плакаты на стенах и интервью с t.a.T.u.

Бум развлекательной прессы в России случился и в конце девяностых — начале нулевых: после непростых 90-х люди стали жить лучше и вкладывать больше денег в одежду, технику или путешествия. Журналы про автомобили, моду и туризм приобрели невиданную ранее популярность. Глянцевые издания, такие, как знаменитый L’officiel, задавали тренды, которые тут же подхватывала аудитория. Популярность развлекательной прессы привлекала рекламодателей: именно высокая концентрация рекламы составляла основной доход таких СМИ.

Дарья Коростелева, студентка НИУ ВШЭ:

Я каждое лето ездила к бабушке и дедушке в маленький город, где из развлечений были только журналы Bravo и «Все звезды». Последний стоил слишком дорого, поэтому часто приходилось покупать только Bravo за 35–40 рублей.

В нем было много драйва, меня привлекали их иллюстрации. Из старых номеров я вырезала картинки и делала коллажи. Еще там были классные рубрики, много информации о моде и разборы луков звезд, клевые комиксы в конце. Но самая офигенная вещь — плакаты. Мне не разрешали вешать их на стены, поэтому ими были обклеены двери в моей комнате.

Игорь Попов, главный редактор журнала Bravo в России, преподаватель Школы Журналистики Игоря Попова:

Я запускал журнал Bravo в России в 2002 году, после того, как ушел из молодежного варианта «Аргументов и Фактов» — журнала «Я молодой». Изначально он был продуктом немецкого издательского дома Bauer, который выпускался в США, во Франции, в Японии, в Новой Зеландии, Польше, Германии. В 2002 году он добрался до России. Я привел с собой большую команду из бывших коллег по АиФ и моих студентов. Мы очень круто стартовали — быстро набрали хороший тираж.

Мы не могли делать интервью с актерами Голливуда, музыкантами и знаменитостями. Так что часть интервью была переводная, но мы получали их абсолютно легально от немецких партнеров. А со всеми отечественными звездами мы, конечно, разговаривали сами.

Тогда гремела группа t.a.T.u — девчонки подняли весь мир на уши. Помню, как наша журналистка Наташа Мостакова сумела выйти на группу и сделала с ними эксклюзивное интервью. Его перепечатали все другие иностранные Bravo, даже в Австралии.

Умерли ли журналы, которые создавались в нулевые? Пока рано их хоронить. Я думаю, что впереди всплеск ностальгии и любви к ретро, связанный с печатными изданиями. Человечество периодически откатывается назад: все хотят вспомнить детство, юность. Это мировая неизбежность. При этом важно признать, что пик популярности развлекательной прессы остался позади, именно в двухтысячных.

С развитием интернета закончился бум развлекательной прессы — именно туда стал уходить большой объем рекламы, много популярных изданий закрылось. Журналы еще могут пережить второе рождение, как пленочные фотоаппараты или пластинки — людям свойственно ностальгировать.

Текст: Наталья Синеокая
Фотографы: Анна Терешева, Юлия Сумкина
Редактор: Анна Терешева

Также рекомендуем